Давит Качарава: «Как нам открыть эту дверь, чтобы войти в элиту регби?»

Бывший игрок сборной Грузии и «Енисея-СТМ» Давит Качарава в эксклюзивном интервью Rugger.info рассказал о работе в Парламенте и Союзе регби Грузии, а также перспективах развития грузинского регби.

Кажется, что совсем недавно мы видели вас на поле, а сейчас вы и политик, и спортивный функционер. Каким для вас был этот отрезок жизни после окончания игровой карьеры?
- После Кубка мира 2019 года я уже понимал, что моя карьера подходит к концу. Плюс ко всему еще добавилась пандемия. Матчи везде закончились, сборная и клубы не играли. Я должен был вернуться в Россию, чтобы там только лишь тренироваться, потому что чемпионат еще не возобновился. В то время я и принял непростое решение об уходе. Еще после Кубка мира думал о том, чтобы закончить карьеру и попробовать что-то новое, но при этом остаться в спорте. Так в итоге и получилось. Сейчас я в Парламенте Грузии, но при этом работаю в Комитете по спорту, так что все равно двигаюсь в спортивном направлении.

Чем вы занимаетесь в Комитете?
- Мы стараемся сделать здоровый образ жизни более популярным в Грузии, стандартизировать инфраструктуру, чтобы у всех детей, взрослых, бабушек и дедушек были условия для занятий физкультурой, и чтобы это было доступно финансово. Мы знаем, что в разных регионах страны условия отличаются и в плане зарплат, и в возможностях. А нам нужно создать такую систему, с помощью которой ситуация бы стабилизировалась, и спорт был доступным для всех. Мы хотим привить людям это понятие — здоровый образ жизни. Сейчас в Грузии не больше 20% населения занимаются спортом.

Мы проводили опрос на эту тему, и многие отвечали: «А зачем мне спорт?» В их понимании заниматься спортом — это стать олимпийским чемпионом или выиграть Кубок мира. Мы хотим, чтобы люди осознали, что спорт — это не титулы и медали, он приносит большую пользу. Необходимо донести это до народа, общаться с ним, создать инфраструктуру. Спорт в прямом смысле означает меньше криминала и проблем со здоровьем. Мы также много работаем со спортивными федерациями, потому что пока существуют проблемы с их управлением. Нужно создать единый регламент, чтобы правила были общими для всех. Сейчас в Грузии все федерации финансируются государством. Надо, чтобы все было прозрачно — чтобы все видели, куда эти деньги идут, чтобы было меньше конфликтов.

В депутаты обычно с улицы не приходят. Вас, наверное, пригласили попробовать свои силы в политике?
- В последние годы меня часто приглашали на разные мероприятия (партии «Грузинская мечта»), разные собрания, у нас сложились хорошие отношения. Предложение попробовать себя в качестве депутата было, кстати, с моей стороны, а не с их. Потом все говорили, что меня пригласили, но все было не так. Я сказал: «Если хотите, чтобы я работал, думаете, что я хороший кандидат, то почему бы и нет?» Вот они и согласились.

Не было мысли пойти тренером работать после завершения карьеры?
- Была, но на самом деле я всегда знал, что тренера из меня не получится. Это не мое. Я прямо чувствовал, что тренером никогда не буду. Могу подсказать молодым, как лучше сделать, что-то посоветовать. Но хороший игрок и хороший тренер — это вообще абсолютно разные вещи. Я всегда видел, что тренеры больше работают, чем игроки. Ты потренировался и ушел отдыхать, а тренер после тренировки начинает смотреть видео, думать о тактике. Быть хорошим тренером намного сложнее, чем хорошим игроком.

Вы вошли в Правление Союза и стали его председателем.
- В последнее время в грузинском регби были большие разборки, ситуация была не из лучших. Когда после такого тебе доверяют подобную должность, это огромная ответственность. Тем более, я же со всеми регбистами знаком многие годы. Поэтому чувствую перед регби большую ответственность - как перед своей семьей.

Есть понимание, что нужно менять в грузинском регби, а что и так уже хорошо?
- Последние годы вся нагрузка шла на сборную. Она была нашим лицом — того, как регби развивается в Грузии. Если сборная выигрывала — значит, все хорошо. Сейчас мы стали больше думать о молодежи. Мы же создаем новую инфраструктуру, значит, надо построить хорошую спортивную систему для детей, школьников, студентов, чтобы создать конкуренцию и увеличить количество потенциальных игроков для сборной. Мы думаем о том, чтобы в регби играли в школах и университетах. Хотим пригласить специалиста, который будет контролировать это направление.

Неужели у вас есть нехватка кадров и игроков?
- Если у тебя есть игроки, это не значит, что у тебя есть тренеры. Мы хотим, чтобы дети в разных регионах страны росли, придерживаясь ценностей регби, двигались в одном направлении. Наша цель — вырастить не только регбиста, но, прежде всего, хорошего человека. Сборная остается во главе угла, но дети для нас не менее важны. Сейчас мало детей занимаются спортом, в стране мало стадионов. Без стадиона регби никак не получается. Вот мы и начинаем строить. Главное, что государство нам помогает, и я думаю, что все будет очень хорошо.

Что касается сборной, то уже довольно давно на международном уровне идут разговоры о том, чтобы нам дали возможность перейти на новый уровень, открыли двери, которые будут развивать регби во всем мире, а не только в нескольких странах Европы. Да, «Черный Лев» — это шаг вперед, но нам нужны хорошие игры для сборной, чтобы готовиться к следующему Кубку мира. Смотрите, сейчас проходил чемпионат Европы среди игроков не старше 18 лет в Калининграде. Сборная Грузии там победила, не пропустив ни одной попытки. В такой ситуации рано или поздно начнется регресс, потому что играть не с кем. Соперники пытаются подняться на твой уровень, а ты никуда не поднимаешься, потому что не можешь играть с лучшими командами.

Как вы думаете, почему Грузию так упорно не хотят пустить в турнир рангом выше на постоянной основе? Не видят коммерческой выгоды для себя?
- Если честно, других проблем я не вижу. Есть два подхода: коммерческий и спортивный. С точки зрения спортивного, что еще Грузия может сделать? Вот, молодежью все выигрываем, вот сборная с 2006 года только два раза проигрывала чемпионат Европы. Что еще? Как бы мы ни хотели не говорить о коммерческой стороне вопроса, другого логичного объяснения нет. Это чисто коммерческий запрет, потому что Грузия пока не такой выгодный рынок.

Этот вопрос можно как-то решить?
- Наверное, да. В последние годы мы стараемся его решить. Он становится все более горячим с каждым годом. Все понимают, что его надо как-то решить, и в World Rugby это тоже понимают.

Казалось, что прошлогодний Кубок восьми наций — первый шаг.
- Да, и мы были очень рады, что нас пригласили. Но турнир же был проведен в таком формате из-за пандемии. Сейчас пока непонятно, что будет дальше. Конечно, у сборной есть матчи с сильными соперниками, но они нужны нам на регулярной основе. Это сейчас один из самых актуальных вопросов — как нам открыть эту дверь, чтобы войти в элиту регби? С точки зрения спорта мы делаем все, чтобы продвигаться вперед. Проблема, повторюсь, видимо, все же в деньгах. Но если билет на матч в Тбилиси будет стоить 50 фунтов, сколько придет зрителей на игру? Сейчас почти на каждом матче у нас полный стадион. Для популяризации нашего спорта в World Rugby должны сделать этот шаг вперед. Не деньги же все решают, в конце концов. Если у тебя есть 50 тысяч зрителей на каждой игре, это уже очень большой взнос в мировое регби.

Как думаете, когда мы увидим, как сборная Грузии выходит из группы на Кубке мира?
- Трудно сказать. Но если мы эти заветные двери все же откроем, учитывая то, какая у нас талантливая молодежь, то, что мы создали франшизу, то, что мы постоянно стараемся расти, думаю, это событие недалеко, оно скоро случится.     

Беседовала Елена Дьячкова 

Вторую часть интервью с Давитом Качаравой читайте на Rugger.info завтра!

Читайте также:

Гела Апрасидзе не сыграет в ноябрьских матчах сборной Грузии

Новое правило натурализации не только не поможет России, но и сыграет против неё

В составе сборной Грузии на осенние тесты отправятся 33 регбиста

Иосеб Ткемаладзе: «Я показал всем, что открыт»