Россия может стать первой страной с работающим трансферным рынком

Или как создать мотивацию для бизнеса вкладывать деньги в регбийные клубы.

Лет десять назад довелось мне беседовать с Мишелем Арпаянжем, комиссаром FIRA-AER (Rugby Europe). Офис… Кофе... Мирно обсуждаем перспективы любительского регби, как вдруг этот замечательный сын Галлии спрашивает: «А почему вы не развиваете профессиональные клубы?». По правде говоря, француз застал меня врасплох.

После неловкой паузы, мой мозг выкарабкался из сложившейся ситуации и сформулировал два встречных вопроса: а) могу ли я продать регбиста и заработать на этом? б) могу ли я со своим клубом выиграть национальный чемпионат и участвовать в еврокубках?
Ни за что не догадаетесь что ответил Мишель… Цитирую: «Это англосаксы виноваты. Мы французы всячески боремся и пытаемся изменить ситуацию, но… мы одни».

К чему этот пролог? Да к тому, что все прекрасно понимали и понимают - невозможно быть немножечко беременной… Коль регби стало профессиональным, то оно должно быть таковым во всём.

Основы

Профессиональный клуб – это предприятие, фирма, компания, которая занимается спортивным бизнесом.

Предприятие несёт расходы: зарплаты, аренды, выезды, сборы и т.д. и т.п. И ровно также получает доходы: мерчейдайзинг, кейтергинг, продажа билетов, атрибутики, телевизионных прав, привлечение спонсорских средств, продажа игроков и… даже перепродажа самого предприятия.

Самый известный пример для россиян - Кен Бейтс, который купил в 1982 году «Челси» за 1 фунт плюс 1,5 млн фунтов долгов, а спустя 11 лет продал клуб Абрамовичу за 59,3 млн фунтов плюс 80 млн долгов. В переводе на русский язык и в очень утрированном виде звучит так: Бэйтс купил бренд за бесценок и заработал на его продаже 59 млн. 

Резюмируем раздел: разница между доходами и расходами – это прибыль. Стало быть, ключевой смысл существования профессионального клуба – извлечение прибыли. И чем выше спортивные результаты – тем больше шансов эту прибыль получить.

Блестящая схема «Лиона»

В первом десятилетии текущего века, мировой спортивный менеджмент увлечённо наблюдал за инновационной моделью футбольного «Лиона», которую впоследствии скопировали многие клубы. Так вот, «Олимпик» покупал молодых и перспективных игроков в возрасте 20-24 года, доводил их до кондиции, раскручивал через Лигу Чемпионов и… как только рынок позволял поднять денег – продавал. Вот один из примеров: Уго Льорис – куплен у «Ниццы» за 8,5 млн евро в возрасте 23 года, а через четыре сезона продан в «Тоттенхэм» за 19 млн.


На Льорисе «Олимпик» поднял чистыми около 4,5 млн долларов (С) Getty Image

Первая особенность лионской схемы в том, что клуб по максимуму исключил риски – не приобретал по «лимону за лицо» сырую молодёжь, но вкладывался в игроков, будущее которых не вызывало сомнений. Вторая изюминка заключалась в договорных обязательствах: «Лион» делился с футболистами призовыми и выплачивал процент с продаж – Льорис получил от сделки с «Тоттенхэмом» около 2 млн.

Такой подход обеспечил природную мотивацию – игроков не нужно было убеждать «пахать до седьмого пота». Те прекрасно понимали, что занимаются совместным бизнесом с руководством и готовят себя к выгодной продаже. Именно по этой причине «Олимпик» до сегодняшнего дня имеет боеспособную и голодную до побед команду.

Напомню, что, начиная с 1999 года года «Лион» семь раз подряд становился чемпионом Франции (2002-2008), четырежды был вторым и семь раз третьим, дважды выигрывал Кубок Франции, регулярно выходил из группы в Лиге Чемпионов (два полуфинала) и один раз добрался до полуфинала Лиги Европы.

И главное: между футболистами и руководством существовали чёткие договорённости – игрока продавали без всяких проволочек, как только какой-нибудь «большой» клуб делал предложение выше или равное заранее оговоренной сумме.

В период с 2009 по 2011 годы «Лион» по примеру «Арсенала» и «Баварии» диверсифицировал риски, добавив к успешной трансферной составляющей ультрасовременную академию и многоцелевой стадион. Но, это тема уже другой статьи.

Да, чуть не забыл… За переход всё того же Уго Льориса из «Ниццы - Б», головная «Ницца» раскошелилась на 250 тысяч евро, часть которых перечислили детской школе.  

Так что история не о французском футбольном клубе… Нет… История о людях, которые пришли в спорт, вложили деньги, извлекли прибыль и создали новое направление в спортивном бизнесе. И, разумеется о том, как на Уго Льорисе заработали «Лион», «Ницца», «Ницца-Б», детская школа Ниццы и… сам Уго.

Жан-Мишель Ола – главный творец лионской модели (С) lesechos.fr

Трансферный портфель – основной актив профессионального клуба

Простой поверхностный анализ покажет вам, что чем беднее клуб, тем большую долю в его активах составляет совокупная рыночная стоимость игроков (трансферный портфель). Почему? Потому что даже в ведущих турнирах, далеко не все участники поднимают хорошие деньги с трансляций и рекламы.  Рассмотрим несколько примеров.

Стоимость «МЮ» - около 4 млрд долларов, а совокупная рыночная стоимость всех его игроков составляет немногим более 800 млн. Каких-то жалких 20% от общей стоимости активов, скажете вы... Стоп. Давайте разберёмся - откуда взялись 4 ярда. От спекуляциях с акциями! Всего пять лет назад, клуб из Манчестера, который на бирже с 1991 года, оценивался в 1 млрд.

С 2014 года у команды весьма скромные достижения – Кубок футбольной лиги, Кубок Англии и Лига Европы… В рыночном плане – это никак не могло дать четырёхкратный рост стоимости акций… Также клуб не совершал больших инвестиций в недвижимость и не приобретал другие активы… То есть, большая часть 4 ярдов - виртуальные деньги. Это результат биржевых махинаций нынешних владельцев «МЮ». Плюс долги… Не стоит забывать, что клубные заимствования составляют 650 млн долларов. Так что 4 млрд – это пузырь.

А вот 800 лямов трансферного портфеля – это реальный актив. И поверьте, любое серьёзное потрясение на бирже очень быстро вернёт ситуацию к 2015 году, когда совокупный ценник игроков «МЮ» составлял более 60% от стоимости всех клубных активов.

Ещё один пример, поскромнее. ФК «Стад Реймс» - французский клуб средней руки: активы – 120 млн евро, совокупный прайс игроков – 73 млн евро или 60% от стоимости клуба.

Резюмируем: трансферный портфель – основной источник доходов для подавляющего большинства (90%) профессиональных футбольных клубов.



Совокупная стоимость игроков «Манчестер Юнайтед» - более 800 млн долларов (С) Bola.net

Трансферный рынок – спусковой крючок российского профессионального регби

Почти все регбийные трансферы, происходят по окончании контрактов. Продажи есть, но их очень мало, а суммы не афишируются… Если хотите, регбийный трансферный рынок имеет ярко выраженный «чёрно-серый окрас». Как по мне, именно по этой причине, пандемия так нещадно трясёт клубное регби… Игроки «ничего» не стоят... Этот актив невозможно предъявить в качестве залога для кредитования… Этот «товар» невозможно официально продать хоть за какие-то адекватные деньги… Никто не купит. Нет маркета… И это абсолютно ненормальная ситуация.

Почему бы не ликвидировать это безобразие в пределах одной отдельно взятой страны? Напомню, что ФРР приступила к разработке десятилетнего плана развития регби, потому самое время задуматься о трансферном рынке и принципах его работы. Мало того, что это крайне важно для развития профессионального регби, так на кону ещё и ценнейший приз - статус первой в мире регбийной державы, в которой заработает трансферный рынок.

Выдумывать ничего не нужно. Берите любую из существующих моделей, адаптируйте, разрабатывайте инсталляционный план и через год-два получайте результат.

Но при этом, уже в первый месяц от сотворения «трансферного мира», активы российских клубов вырастут за счёт совокупной стоимости игроков и превратятся в реальный «товар». В товар, который можно пощупать руками... В продукт, который можно купить или продать… Иными словами превратятся в то, что в первую очередь интересует бизнес.

Повторюсь – изобретать велосипед не требуется. Всё придумано до нас. Нужно брать, адаптировать и работать.

Александр Скрамник

Читайте также:
Николай Неруш: Регби – это продукт, который нужно продавать
В чей карман текут регбийные деньги?
GET INTO RUGBY: отчеты против реальности
Открытое обращение к разработчикам стратегии развития российского регби